204

И в зоне - люди. Уверенность в этом помогает служить

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 37. 'АиФ-Владимир' 11/09/2013

Среди ветеранов, собравшихся на юбилей, был человек, которому впору уже отмечать «фамильный» юбилей: Александр АВЕРШИН стал основателем династии правоохранителей, общий стаж которой достиг как раз 220 лет. Не остался ли этот юбилей незамеченным? 

Об этом и многом другом мы расспросили самого Александра Фёдоровича:

- Мне вручили большой телевизор как основателю династии. Ведь уже 12 моих родственников служат и служили в органах Управления Федеральной службы исполнения наказаний (УФСИН), других подразделениях службы правопорядка. Когда-то я привёл за собой в органы внутренних дел троих братьев. Сейчас мы все уже на пенсии - три полковника и один майор. Зато служит мой внук - подполковник, замначальника УВД; племянница - тоже в звании подполковника, работает в юринституте; племянник возглавляет райотдел полиции в Подмосковье…

Вместо моря - пустыня

Людмила Потребина, vlad.aif: - Вы начинали работать в системе несколько десятилетий назад…

Александр Авершин: - Я строил другие планы: поступил в закрытое училище Министерства Морского флота в Херсоне. Закончив его, даже некоторое время поработал третьим механиком судна. Удалось даже попасть в рейс, который планировался как кругосветный. Прошли через Гибралтар, любуясь чужими берегами издали: с судна нас не выпускали. А из Марокко вообще пришлось возвращаться назад из-за осложнения международной обстановки. С тех пор о заграничных рейсах даже не мечтали. Плавсостав стали сокращать. Многие ребята перешли на работу в милицию, последовал их примеру и я: борьба с преступностью тоже казалась нам романтикой. Поступил заочно в высшую школу МВД. А тогда милиция и система исполнения наказаний были звеньями одной системы. И вскоре меня направили в исправительное учреждение, расположенное в Казахстане.

Л.П.: - В качестве кого?

А.А.: - Моя первая должность была - инженер профессионального и общего образования. Ведь учиться в зоне - это реальная возможность начать другую жизнь, выйдя на свободу. Я старался убедить в этом своих подопечных, искал доступ к душе каждого. Конечно, строгость - строгостью, однако преступниками люди не рождаются. И нередко с обычного человеческого понимания начинается возврат к обычной жизни того, кто оступился, а потом, как говорится, покатился по наклонной плоскости.

Л.П.: - И удавалось? 

А.А.: - На оперативной работе мне удалось более сотни человек убедить прийти с повинной. Ведь, пока они отбывают срок, могут быть раскрыты другие преступные деяния, кроме тех, за которые они осуждены. И тогда им ещё долго придётся только мечтать о свободе. А признаются - это зачтётся. И действительно, почти никому из тех, кто решился на явку с повинной, не прибавили срок - за исключением виновных в убийствах.

Фото: https://russianlook.com/

Время было, конечно, непростое. Когда я начинал работать, как раз Хрущёв разрешил вернуться в родные края кавказским народам. Они враждовали между собой как на свободе, так и в зоне, не останавливаясь даже перед убийствами. А тогда локальных (отдельных) зон не было: сидели все вместе, кормили в одном пищеблоке, вечером все отдыхали на одной территории. Под влиянием того, что нам довелось тогда пережить, позже родилась идея создания локальных зон для контингента, который нежелательно держать вместе. После внедрения в жизнь этих необходимых для колоний нововведений я был удостоен золотого и серебряного знаков «За отличие в службе».

Спас осуждённый

- В 1964 г. меня перевели начальником отряда на полуостров Мангышлак. Несколько сотен заключённых и нас привезли на голое место: были только доски для навесов и шатры. Сами заключённые строили бараки. Работали здесь на добыче атомной руды открытым способом. Позже стали добывать пористый камень с вкраплениями ракушек, который широко использовался в строительстве. Со временем в пустыне возник город Шевченко (ныне - Актау), где немало домов из такого камня. Здесь был создан первый в мире атомный реактор, действовавший на основе ускорения нейтронов. Он использовался, в том числе, и для опреснения морской воды.

Л.П.: - Наверное, за период вашей службы случались и различные ЧП?

А.А.: - Всякое бывало. Помню, ещё до создания локальных зон приехал к нам новый руководитель колонии. Старый-то знал, какой линии придерживаться, чтобы до беды дело не дошло: учитывал и национальный состав (была группа «авторитетов» из мусульман и группа - русско-язычных), и влияние «авторитетов», которые «держали зону». А новый прибыл из партийных органов, самоуверенности было много. Он стал придерживаться одной линии по отношению ко всем. И вскоре ситуация обострилась настолько, что началась резня. Трое заключённых вооружились ножами и ночью напали на спящих, причём явно заранее рассчитав, кого «убрать». 14 убитых и более 50 раненых - таков результат только одной ночи, несмотря на все наши усилия. Пришлось вводить войска, чтобы утихомирить зону.

А однажды моего зама по режиму убили: на его жизнь уголовники играли в карты. Несколько ударов ножом в живот - и даже до санчасти донести его не удалось.

Л.П.: - А вашей жизни угрожала опасность?

А.А.: - Как-то раз наши подопечные смотрели кино, и мы вместе с ними. Зала не было - прямо на территории ставили скамейки. Я присел на краешек одной из задних скамеек. Подходит заключённый и тихонько говорит, что меня просят явиться на КПП: кто-то звонит. Уходя, видел, как на моё место сел заместитель по политико-воспитательной работе. На КПП удивились: никто мне, оказывается, не звонил. Встревожившись, спешу обратно. Оказалось, тревога моя была не напрасной: полоснули по горлу зама, севшего на моё место (благо, ранение оказалось не опасным). Так и не знаю, был ли кто на меня зол, или тоже карты причиной, но одно ясно: кто-то прослышал и решил меня спасти. 

Л.П.: - Доводилось ли иметь дело с побегами?

А.А.: - А как же! Еще в Казахстане как-то убежали 8 человек: 5 опасных преступников троих взяли с собой в качестве живого провианта - «поросят», как называют в зоне. Ловили беглецов с помощью вертолётов: в степи - как на ладони. А троим несчастным, получается, жизнь спасли, поймав всех. Сроки, конечно, добавили - по 3 года. 

Разыскал через годы

Досье
Александр Авершин родился в г. Орджоникидзе в

1935 г. Окончив училище, несколько лет работал механиком на судне. Затем перешёл на работу в милицию. 33 года отдал системе, которая ныне разделена на две: МВД и УФСИН. Возглавляет совет ветеранов УФСИНа области. Заслуженный работник МВД СССР, Почётный работник УИС (имеет знак №1 в России). 18 медалей и 12 знаков - итог его работы.

53 года в браке. В семье - две дочери, внук, правнучка.

Л.П.: - Как сложилась ваша дальнейшая судьба? 

А.А.: - В Казахстане, куда посылали обычно на 5 лет, я отслужил 15. Потом возглавлял колонию № 6 в Мелехово Ковровского района. На отдых ушёл с поста замначальника облуправления уголовно-исполнительной системы (УИС). 

Л.П.: - Доводилось ли встречаться с бывшими «сидельцами» после их освобождения? 

А.А.: - Когда работал в Мелехово, ко мне в кабинет однажды вошёл бывший заключённый из Казахстана Владимир Гуськов. Он попал в зону совсем молодым: грабили церкви с компанией, были на их счету и пытки. Так что подельники постарше получили весомые сроки. Он был самый молодой - и то угодил на 15 лет. Пока отбывал срок, вроде взялся за ум, стал учиться: несколько языков освоил. Но на воле у него никого не было. Когда освободился, надо было куда-то определиться, а на работу после такого срока устроиться - проблема. Вот он и разыскал меня через коллег. Попросил определить куда-нибудь на работу. Я устроил его в тепличное хозяйство, которое было при колонии: знаю, что при нём никто не украдёт, сам - тем более. Дали и жильё: всё как положено! И вот один раз лежал я в больнице в Коврове - он приходит и приносит целое ведро слив. Приятно, конечно, было, что добро помнит человек, но куда мне столько? Раздал по палатам. 

Л.П.: Наверное, у человека вашей профессии своё представление о совести, умении держать слово…

А.А.: - Убеждён: эти качества чаще всего не зависят от того, на воле находится человек или отбывает срок. По обе стороны решётки бывает всякое. Помню, когда работал на Мангышлаке, ко мне обратился Ефим СЛАВСКИЙ, занимавший пост министра средней промышленности: он попросил выбрать среди заключённых 20 человек, которым можно было бы доверять. Оказывается, на объекте ядерной энергетики, где вёлся монтаж оборудования, кто-то из рабочих унёс решётку и… установил её у себя во дворе на крольчатник! Это платиновую-то дорогущую решётку! Конечно, люди не знали, что здесь многое делалось из очень дорогих металлов, в том числе и золота. Но руководство не хотело больше рисковать. И 20 человек из так называемого спецконтингента, то есть осуждённых, которых я отобрал, не подвели. Все они, как и обещал Славский, получили по окончании работ досрочное освобождение либо смягчение срока (это касалось сидевших за тяжкие преступления). 

 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах