390

На глубине. Старшина подлодки - о несчастливой судьбе К-19

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 11. 'АиФ-Владимир' 15/03/2017

Но информированы мы о нём не так уж и подробно. Возможно, знать тонкости современных методов работы российских субмарин нам и не обязательно, а вот о том, как проходила служба в подводном флоте России в 70-х, расскажет Виктор Лукин, проходивший армейскую подготовку на Северном морском флоте.

От Баренцева до Саргасова морей

Людмила Кузнецова, vlad.aif.ru: - Виктор Александрович, как вы попали на подводную лодку?

Виктор Лкин: - Как и большинство советских ребят -  призвали в армию. Забрали за несколько дней до совершеннолетия. Не знаю, по каким принципам проходил отбор, но подготовка, на мой взгляд, у меня была. Я занимался в судомодельном кружке  у известного в Муроме Владимира Ивановича Сидорина. Получил много знаний по судостроению. Кроме того, мы ходили в походы по Оке под парусом. Это многое дало для физической подготовки, умения выживать в  экстремальных условиях. Может быть, поэтому не было особого страха, когда проходил обучение в Кронштадте и нам рассказывали о сложностях службы на подводном корабле. Потом нас распределили по флотам. Мы с ещё двумя муромскими ребятами попали на Северный флот.

Л.К.: - Это ведь особенный край?

В.Л.: - Природа там действительно непривычная для нас. Даже летом, в самую жару, вода в озёрах на сопках прогревается только сверху - дальше лёд. Мы даже подписку давали, что не будем купаться, потому что это чревато последствиями. Но нам было не до красот природы. Осваивали технику, получали  знания, с этим у нас было строго. Я был химиком-дозиметристом и отвечал за контроль за радиационным фоном. Потом был наш первый поход в Атлантику, Саргасово море. Пик Карибского кризиса к тому времени уже прошёл, но его последствия ещё ощущались. По большой карте мира в кают-компании отслеживали свой путь. Вот там природа совсем другая. Мы, хоть и не видели ничего, потому что не было всплытия, но когда ополаскивались забортной водой, даже на большой глубине она была плюс 25.

Таким Виктора запомнили сослуживцы - моряки Северного морского флота. Подводники до сих пор дружат и ежегодно встречаются 19 марта - в свой «профессиональный» праздник. Им есть что вспомнить и есть кого помянуть
Таким Виктора запомнили сослуживцы - моряки Северного морского флота. Подводники до сих пор дружат и ежегодно встречаются 19 марта - в свой «профессиональный» праздник. Им есть что вспомнить и есть кого помянуть Фото: Из личного архива

Л.К.: - Была ли  дедовщина? Ус­ло­вия-то особенные, убежать или спрятаться, если достанут, некуда.

В.Л.: - Да, условия у нас особенные, именно поэтому и дедовщины не было. На корабле нельзя иметь врагов или недоброжелателей. Случиться может всякое, и тогда от помощи товарища будет зависеть твоя жизнь. У нас даже особого различия между офицерами, мичманами и матросами не было. В том плане, что еду готовили в одном котле на всех.

Л.К.: - Что значит - случиться может всякое? Что самое опасное на подлодке?

В.Л.: - Самое страшное - пожар. Даже пробоина не так страшна. При затопленном отсеке или двух можно  дойти до базы, а вот огонь  может уничтожить всё. У нас регулярно проводили учебные тревоги. Отрабатывали самые разнообразные ЧП и аварии, но жизнь гораздо изобретательнее нас. Пример тому - печально известная подводная лодка К-19.  О ней рассказывают легенды, а я знаю её историю из первых уст от мичмана, ходившего на ней.  

«Хиросима» северных вод

Л.К.: - Чем же она так печально известна?

В.Л.: - В то время о происшествиях и гибели людей почти ничего не говорили. Большой аудитории, может быть, так и не стало бы известно об этом корабле, если бы не американцы, которые сняли фильм  и назвали её точное имя - К-19. Тогда уже и нашим пришлось снимать свою версию. Но то, что показано в кино, отличается от действительности.

К-19 - атомная подводная лодка с баллистическими ядерными ракетами, первый советский атомный ракетоносец. За многочисленные аварии лодка получила на флоте прозвище «Хиросима». У каждого судна, как у человека, своя судьба. У этой лодки она оказалась несчастливой. Из-за несчастных случаев несколько человек погибло в 1959 г. ещё до спуска подлодки на воду. Были проблемы и при её спуске. Через 2 года при погрузке ракет в шахты матроса придавило крышкой шахты насмерть. 12 апреля 1961 года лодка чудом избежала столкновения с американской субмариной, но из-за резкого маневра снижения глубины при этом врезалась в дно, хотя и без значительных повреждений. Через 3 месяца произошла авария кормового реактора. При её устранении погибло 8 человек, остальные получили высокие дозы облучения. 8 лет на лодке не было значительных ЧП, а потом произошло ещё одно столкновение с подводной лодкой ВМС США. Как обе подлодки ухитрились не заметить друг друга, и сегодня остаётся загадкой.  Но самая страшная трагедия случилась 24 февраля 1972 года, когда произошёл пожар в 8-м и 9-м отсеках. Тогда погибло 28 человек на лодке и 2 спасателя. 12 матросов пробыли в заточении в десятом кормовом отсеке 23 дня. 

Л.К.: - Как такое возможно?

В.Л.: - Возможно. Лодка возвращалась с боевого патрулирования  на глубине 120 м, и до прибытия на базу оставалось 8 суток. В 10 ч. 32 мин. прозвучал сигнал тревоги - «Пожар в девятом отсеке!». Особой паники он не вызвал, за время плавания это была третья тревога, до этого все обходилось благополучно. Теперь загорелся электроприбор для уничтожения угарного газа. Отсек быстро заполнился продуктами горения, и многие из тушивших пожар отравились ими. Затем лопнула магистраль воздуха высокого давления, и в огненное пекло хлынул кислород. Потом через систему вентиляции левого борта пожар перекинулся в соседний носовой отсек, к пульту управления главной энергоустановкой. Реактор пришлось заглушить, лодка осталась без электроэнергии. Моряки не смогли вручную закрыть подачу воздуха к дизелям, и через них в отсек пошла забортная вода. 12 человек в это время находились в 10-м отсеке. Его загерметизировали. Минимум кислорода и света они получили с торпед и по трубопроводу,  были небольшие запасы консервированной картошки в рассоле. Этого морякам хватило на 23 дня.

Борьба за невезучую лодку была долгой и мучительной. Субмарина всё-таки всплыла, но спасательные работы осложнял шторм, эвакуировать подводников оказалось невозможным. За 3 недели буксировки на базу 8 раз заводили со спасательного буксира «СБ-38» концы питания к электрощиту подводной лодки и 7 раз их обрывал шторм. Командир «К-19» В.Кулибаба не покидал 
корабля до прибытия на базу. По результатам проведённого расследования его действия признали правильными. 

Л.К.: - Остались ли у вас товарищи с того времени?

Досье
Виктор Александрович Лукин. Родился в Муроме. Служил на Северном морском флоте в должности главного старшины. После демобилизации некоторое время работал на заводе им. Орджоникидзе, затем прошёл обучение и поступил работать машинистом тепловоза, электровоза и электропоезда. Сейчас на заслуженном отдыхе.

В.Л.: - Дружим и встречаемся и с теми, с кем служил на Северном флоте, и с другими подводниками. У нас складывается хорошая традиция в наш праздник 19 марта в 10 часов утра встречаться у памятника адмиралу Н.Г.Кузнецову. Будет встреча и в этом году.

Из истории

111 лет назад, 19 марта 1906 года, император Российской Империи Николай II ввёл в состав ВМФ новый класс боевых кораблей - подводные лодки. Россия стала одной из первых стран мира, имеющих собственный подводный флот. Разработки в сфере подводного кораблестроения начались гораздо раньше. Мастер Ефим Прокофьевич Никонов ещё в 1718 г. обратился к Петру I с челобитной, предлагая построить «потаённое судно».  Оно  даже было построено, но при испытаниях лодка получила пробоину. Затем умер Петр I, Никонова разжаловали в простые работники верфи. 

В 1834 г. под руководством генерал-адъютанта Карла Андреевича Шильдера  построили первую в мире металлическую подлодку. Но и этот проект был остановлен из-за отказа правительства в финансировании.

Спустя ещё 44 года Степан Карлович Джевецкий, российский изобретатель, предложил свою модель одноместной лодки. Следующая была с экипажем из 4-х человек,  с ножным управлением - 
с помощью педалей вращался гребной винт.

Однако по-настоящему отцом  российского подводного флота стал Иван Григорьевич Бубнов, русский морской инженер,  конструктор опытных моделей подводных лодок,  пригодных для выполнения боевых задач. На Балтийском заводе построили  подводную лодку «Дельфин», дальностью плавания 240 миль и скоростью 10 узлов,  выгодно отличавшуюся  от лучших образцов зарубежных субмарин.  
В 1903 г. Ивана Бубнова назначили начальником кораблестроительной чертёжной 
Морского технического комитета. Бубнов руководил разработкой проектов подводных лодок «Касатка», «Минога», «Акула», типов «Барс», «Морж» («Нерпа»). 

 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Выбор профессии 2021

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах