535

«Надо» - главное слово в жизни ветерана трудового фронта

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 19. 'АиФ-Владимир' 08/05/2013

- «АиФ-Владимир»: Расскажите, пожалуйста, о своей семье.

- Анастасия Назарова: Отец Иван Парфенович всю жизнь проработал плотником, мастерил различную утварь, отличную мебель. И сегодня, спустя семь десятилетий, эти вещи сохранились: большой, но очень лёгкий кухонный стол, табуретки; во дворе стоит тележка, на которой до сих пор можно перевозить мешки с картошкой. Мама Лукерья Лаврентьевна трудилась в колхозе и хозяйничала по дому, шила одежду. Старший брат Михаил с женой и тремя детьми жил отдельно в поселке Оргтруд. Старшая сестра Клавдия с мужем, тоже Михаилом, и двумя детьми жила в деревне Григорево Суздальского района. С первых дней войны на фронт призвали обоих Михаилов - брата и зятя. Домой они не вернулись…

Из училища – в бой. Такая служба была нормой >>>

До войны я с отличием закончила четыре класса школы, но учиться дальше не было возможности. С 13 лет пришлось работать нянькой, несколько лет жить в другой деревне. Конечно, очень скучала по родителям и подругам. Даже придумала причину, чтобы вернуться домой: якобы хозяева обижают. Конечно, надуманная причина открылась, но домой меня все-таки забрали. С той поры вместе с ровесниками работала в колхозе.

Остались женщины и подростки…

- «АиФ-Владимир»: Чем запомнились военные годы?

- Анастасия Назарова: В самом начале войны на фронт забрали практически все взрослое мужское население деревни. Работать в колхозе остались женщины и подростки, трудились от зари до зари. >

Однажды почтальон приносит повестку: в приказном порядке явиться в Пенкинский сельский совет со своим инструментом: лопатами, топорами. В начале войны еще не знали, как долго она продлится, как далеко продвинутся вражеские войска, поэтому было задание - рыть окопы возле аэродрома.

Быть рабочим - почетно. Сколько стоит звание Героя соцтруда >>>

Через какое-то время, когда уже вернулись домой, пришла еще одна повестка - явиться на станцию Гостюхино строить дорогу Ковров-Шуя. Мы, хрупкие девушки, выполняли тяжелую работу: сами накладывали и возили на тележках камни и землю. Жили здесь же, на квартире. Когда съели домашние лепешки, то стали отпрашиваться домой, чтобы взять еды. Нам пригрозили: кто уйдет без спроса — будет судить трибунал по законам военного времени! Благо, бригадир Маруся ШЛЫКОВА договорилась, чтобы в магазине, который был в лесу на разработке торфяного карьера, выдали кое-каких продуктов, крупы.

 

Назарова Настя в 40-е годы XX века/Фото: из личного архива

Отработали на строительстве дороги полгода. Дали справку для сельсовета о том, что полностью отработали свой срок.

Зимой принесли повестку снова - явиться в деревню Крестниково на пилку дров. Приехали на станцию Новки, а там пересадка. Меня послали взять билеты, но народу было очень много. Поезд ушел, все уехали, а я осталась одна на вокзале. Вот уж натерпелась страха! Ночью сидела в уголке в темноте: свет выключали для светомаскировки, опасались немецких самолетов. Когда чужая молодежь забегала на вокзал, я думала, что это шпана…

На другой день утром пришел поезд, и я уехала. Жили в деревне Черемушки, где не было колодца. Рано утром ходили в лес, к яме с водой. Кто придет пораньше, тот успеет набрать воды, но для многих ее не хватало, поэтому собирали снег и топили его. И тогда хозяйка ставила чай, пили его с домашними лепешками, на вечер варили суп из картошки и крупы.

Память должна быть честной. Имя засекреченного сподвижника Рериха стало известным >>>

- «АиФ-Владимир»: Была ли привычной для сельских девчат эта работа?

- Анастасия Назарова: Разве что помогать: в мирное время это делали мужчины. Нам пришлось все – самим: двое пилят, а кто-то сучки обрубает, кто стаскивает их в кучу. Снегу было очень много, проваливались по пояс, к вечеру были все сырые. После того, как дерево спиливали, сучки обрубали, распиливали на метровые бревна. Затем их нужно было сложить в поленницу, и только тогда засчитывали кубатуру. Самые толстые и тяжелые бревна поднять и переложить в поленницу нам было не под силу, их в план не засчитывали. 

Рельсы носили на себе

Через полгода закончили свой срок работы, десятник выдал справки для сельского совета. Тогда сказали, что после этой тяжелой работы никуда больше не пошлют.

Но шла только весна 1942 года… В апреле несут повестку - на работу в Лаптево на торфопредприятие на 6 месяцев. Нас, девчонок, направили работать на укладку шпал и рельсов под линию для паровоза к месту добычи торфа. Когда поднимали металлический рельс на плечо, было так тяжело, что казалось - от напряжения глаза на лоб вылезут. Потом приходили вагоны-вертушки, их нужно было загрузить торфом. Накладывали полные корзины, по крутой лестнице поднимались вверх и высыпали торф в вагон. В такие дни работали без обеда: нельзя было допустить простоя.

Во время работы в Лаптеве отпускали ночевать домой, а это - более 10 км. Выходили из дома ранним утром, на траве еще была роса. Чтобы не испортить обувь, шли босиком. Обувались только при входе в село.

Проработали 6 месяцев и собрались возвращаться домой, но нас оставили еще на год: заменить-то было некем. Позднее, когда оформляли трудовые книжки, мне так и записали — торфянщица участка Лаптево.

В Иванове на месте памятника 40-летию Победы в ВОВ установят памятник Георгию Победоносцу >>>

- «АиФ-Владимир»: А после войны? Стало ли легче?

 

- Анастасия Назарова: Тяжелая работа растянулась и на послевоенные годы - на целых 7 лет! Потом вместе с подругой из деревни Горки Верой КОНЮШКИНОЙ я освоила более легкую профессию паровщика-машиниста, и мы перевелись на Второвское торфопредприятие. Здесь же я вышла замуж за тракториста Алексея НАЗАРОВА, родила дочь. В 1956 году перевелась ближе к дому, на Мызинское-Кашиловское болото. А в 1960 году решила оставить эту работу, устроилась в колхоз «Большевик» письмоносцем. 

 

Почтальон Назарова, 1960-е годы/Фото: из личного архива

- «АиФ-Владимир»: Но в этой работе, очевидно, - свои сложности… 

 

- Анастасия Назарова: А где их нет? Платили 10 рублей из колхоза, а остальное нужно было собирать: с каждого дома по 5 копеек. - Но не все хотели отдавать деньги за доставку почты, а настаивать я не могла, откажут – заплачу да уйду. Председатель колхоза Алексей Никитович СКРЕКА посоветовал сказать, чтобы сами на почту ходили. Тогда стали платить все. И только в 1965 г. письмоносцев стали называть почтальонами и перевели на работу в Камешковский районный узел связи с окладом в 60 рублей.

 

Справка
Анастасия Ивановна Назарова (в девичестве ТИМОФЕЕВА) родилась в декабре 1923 года и была младшим ребенком в большой многодетной семье. К началу войны ей не исполнилось еще 18 лет. С пожилыми родителями жила в деревне Горки Давыдовского сельского Совета Камешковского района.

Награждена медалью «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.», юбилейными медалями; ветеран войны, ударник коммунистического труда.

 

- «АиФ-Владимир»: Далеко приходилось ходить?

- Анастасия Назарова: Я носила почту в самые отдаленные населенные пункты: деревни Горки, Ворынино, Мокеево, Хохлово, Стариково. Выходило более 15 км в день в любую погоду зимой и летом. Да еще с тяжелой сумкой: газеты, журналы, письма, пенсии. Продавала открытки, конверты, надувные шарики для детворы. У меня сложились добрые отношения с большинством населения. По просьбам стариков из дальних деревень деньги на их сберегательные книжки клала и снимала: люди доверяли. Детвора окружала, едва войду в деревню. В самой отдаленной деревне Хохлово всегда ждали и встречали женщины, просили посидеть с ними, рассказать новости, угощали урожаем со своих огородов, пирогами. И отказываться было нельзя — обижались. Советовали носить почту в их дальнюю деревню через день хотя бы зимой, в сильный мороз. Но я не пропустила ни одного дня. Профессию свою легкой не считала, но любила: нравилось общаться с людьми, быть нужной им. Носила людям лекарства из больницы, за что не раз награждалась больничными грамотами.

Вдовы дожили до 100 лет и сохранили верность погибшим мужьям >>>

- «АиФ-Владимир»: Неужто не было никаких ЧП?

- Анастасия Назарова: Случалось всякое. Однажды в долу между деревнями Новское и Горки поджидал бывший уголовник. Житель этих мест, он вышел на дорогу и стал угрожать мне ножом: требовал отдать ему пенсионные деньги, которые как раз были в этот день. Преодолев страх, нашла в себе силы сказать спокойным голосом, что, мол, всю пенсию разнесла и раздала еще вчера, а сегодня совсем нет денег. Он поверил, сумку проверять не стал. Перед уходом сказал лишь одно: «Я тебя не видел, ты меня - тоже». Много лет я никому не рассказывала об этом происшествии…

- «АиФ-Владимир»: Каких людей вы цените?

 

- Анастасия Назарова: Кто, как не мое поколение, берется за любое дело, не гонясь за престижем и деньгами. 

- «АиФ-Владимир»: Годы, наверное, берут свое. Не тяжело ли хозяйничать самой?

- Анастасия Назарова: Дети зовут жить в город, но сначала обещаю, а потом, подумав, отказываюсь: вся моя душа - в деревне.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах